«Солнцестояние»: после хоррора

Немалая часть современных фильмов выходит из головы на следующий день после просмотра. «Солнецестояние» Ари Астера — совсем другое дело. В картине хочется разбираться и разбираться. Георгий Мелентьев рассуждает о ней в контексте современных фильмов ужасов, часто именуемых «пост-хоррорами». Пост / не пост, но это и правда что-то новое.

История блокбастеров: от Мельеса до Marvel.

В прокате, кажется, один сплошной «Disney»: супергерои, покадрово переснятые мультики, что-то громыхающее и искрящееся. Мультиплексы забиты одинаковыми фильмами, от которых хочется спрятаться куда подальше. Как мы дошли до жизни такой? О феномене блокбастера, его механике и не самых очевидных связях с немым кино рассуждает Влада Лодеск.

«Другая сторона ветра»: Гражданин Уэллс

Орсон Уэллс жив. Главный мистификатор Голливуда умудрился обхитрить всех даже после смерти. «Другая сторона ветра» — его последний (правда ли?) фильм, который он забросил, предварительно взяв с Питера Богдановича обещание довести работу до конца, а после умер. Усилиями стриминг-гиганта Netflix картина вышла на всех устройствах планеты в прошлом году. О ней и рассказывает Павел Мальцев, тщательно обдумавший увиденное. Пока есть кино — торопиться некуда.

«Джон Уик 3»: Третий раз — ножом в глаз

Кто бы знал несколько лет назад, что из развеселого боевика класса «Б» выйдет синефильская (!) франшиза, за которой будет даже не стыдно следить. Настолько, что наш ленивый главред Павел Мальцев разродился текстом. И теперь ещё сильнее хочет завести собаку.

Ничего не предшествует: «По воле божьей» Франсуа Озона

Сегодня в российский прокат (всё-таки) вышла новая картина Франсуа Озона «По воле божьей». О том, почему смотря её вы жалеете злодея и удивляетесь современности, рассказывает Анастасия Лежакова.

«Тройная граница»: По кочкам, по кочкам, по маленьким дорожкам

У «Тройной границы», недавно тихо вышедшей на Netflix, проблем при производстве было больше, чем у героев картины. Артем Кузовенко подробно рассказывает о многострадальном проекте и приключениях бороды Бена Аффлека.

«Пляжный бездельник»: Вредные советы от Хармони Корина

В российском прокате дрейфует «Пляжный бездельник», в котором Мэттью МакКонахи зависает со Снуп Доггом, поёт песни, пишет стихи и живёт так, что всем нам жутко завидно. Павел Пугачёв настолько впечатлился картиной, что начал копить деньги на переезд во Флориду.

Такое кино меняет людей.

«Чужой»: почему тебе страшно?

И еще один фильм про космическую любовь к котикам. ИноеКино выпускают в широкий российский прокат «Чужого», которому в этом году исполняется 40 лет. Георгий Мелентьев подробно объясняет, почему нам до сих пор страшно (и страшно интересно) пересматривать великий фильм Ридли Скотта и чем он радикально отличается от сотен хорроров.

«Синонимы» Надава Лапида: от Стены Плача до Нотр-Дам-де-Пари

Кто-кто? Конь в пальто! Марфа Веселова посмотрела в Берлине взявшего «Золотого медведя» фильм Надава Лапида «Синонимы». О причудливой картине про трудности ассимиляции и обнаженную натуру читайте в тексте.

Альберт Серра: Про(в)живание в «медленном» кино

Пока все носятся с «Оскарами» и Берлинским кинофестивалем, Георгий Мелентьев советует притормозить и спокойно подумать о «медленном кино». В частности, об одном из лучших режиссеров современного арт-кино — Альберте Серра. На примере его «Смерти Людовика XIV» и «Рыцарской чести» мы попробуем разобраться, чем уникален этот киноязык.